На поверхности известняковой плиты видны десятки небольших круглых углублений. Они расположены не хаотично, а образуют строгий рисунок: два параллельных ряда в центре и изогнутые линии по краям. Некоторые отверстия соединены узкими канавками. На первый взгляд это загадочные знаки, оставленные древними обитателями Гобустана. Однако археологи обнаружили неожиданное объяснение: перед ними игровое поле, на котором люди состязались примерно четыре тысячи лет назад.
Находка связана со скальным укрытием Чапмалы, расположенным на нижней террасе горы Беюкдаш. Это один из археологических участков Гобустанского заповедника, находящегося к юго-западу от Баку. Здесь сохранились следы поселений разных эпох, изображения животных, каменные орудия и предметы повседневного использования.
Чапмалы представляет собой естественное пространство между крупными скальными глыбами. Археологи исследовали его ещё в 1970-х годах. Раскопки показали, что люди использовали укрытие на протяжении длительного времени, начиная с бронзового века и вплоть до Средневековья.
Особенно интересны находки второго тысячелетия до нашей эры. Фрагменты керамики, каменные орудия и следы хозяйственной деятельности позволяют предполагать, что здесь останавливались скотоводы. Возможно, укрытие служило им сезонным жилищем, где можно было переждать холодные месяцы и защититься от сильных ветров.
Именно рядом с таким древним убежищем в 2015 году случайно обнаружили камень с необычной системой углублений. Рисунок находился на поверхности плиты, известной исследователям под номером 111, возле южного входа в укрытие. Ранее этот участок был скрыт под слоем земли.
Позднее находкой заинтересовался археолог Уолтер Крист, специализирующийся на древних настольных играх. Во время исследований в Азербайджане в апреле 2018 года он изучил каменную поверхность и сопоставил её с игровыми досками, известными по археологическим памятникам Египта и Передней Азии.
Сходство оказалось поразительным. Расположение углублений соответствовало характерной схеме игры, получившей современное название «58 лунок». Её также называют «Псы и шакалы», поскольку некоторые древнеегипетские игровые наборы включали фишки с головами этих животных.
Название не означает, что игроки изображали борьбу настоящих собак и шакалов. Речь идёт о настольном состязании, в котором участники, предположительно, передвигали фигурки по определённым дорожкам. Фишки вставлялись в отверстия игрового поля, что позволяло сохранять их положение даже при использовании небольшой или неровной поверхности.
Классическая схема включает 58 углублений, расположенных в центральных рядах и по внешней дуге. Некоторые отверстия выделены дополнительными линиями или соединены между собой. Вероятно, эти элементы обозначали специальные переходы или другие особенности игрового процесса.
При этом первоначальные правила полностью неизвестны. До нас не дошло древнего руководства, объясняющего последовательность ходов, условия победы или назначение всех отметок. Современные реконструкции предполагают, что игроки двигались к конечной точке, используя случайные результаты бросков специальных предметов, но точные детали остаются гипотезами.
Особенность гобустанской находки заключается в том, что игровое поле было выбито непосредственно на неподвижной каменной поверхности. В Древнем Египте встречаются переносные игровые доски, изготовленные из дерева, камня и других материалов. Некоторые из них украшены сложной резьбой и обнаружены в богатых погребениях.
В Чапмалы ситуация совершенно иная. Здесь не было необходимости изготавливать переносную доску. Достаточно было выбрать относительно ровный участок скалы и последовательно выбить углубления. Такая игра оставалась на месте и могла использоваться разными людьми в течение долгого времени.
Обстоятельства находки позволяют связать рисунок с эпохой средней бронзы. Камень оказался перекрыт древними отложениями, а расположение соседних сооружений указывает на раннее использование этого участка. Однако прямой абсолютной датировки самой игровой поверхности нет, поэтому возраст около четырёх тысяч лет следует понимать как археологически обоснованную оценку.
Особенно любопытно представить социальную сторону подобного развлечения. Скотоводческие общины проводили значительную часть времени в перемещениях между пастбищами. Но сезонная жизнь включала и продолжительные остановки, когда люди занимались приготовлением пищи, ремонтом снаряжения, изготовлением предметов и общением.
Настольная игра вполне могла становиться частью такого повседневного общения. Она позволяла проводить время вместе, состязаться и обмениваться навыками. Для участия не требовались сложные принадлежности: достаточно было подходящих фишек и приспособления для определения очередного хода.
Это объяснение остаётся реконструкцией, но оно помогает увидеть древних жителей Гобустана с непривычной стороны. Археологические памятники часто рассказывают об охоте, жилищах, погребальных обрядах и хозяйстве. Игровое поле напоминает о том, что у людей существовали развлечения и собственные способы организации свободного времени.
Исследования показали, что находка из Чапмалы не была единственным подобным памятником в регионе. На Абшеронском полуострове обнаружены и другие игровые поля с характерной системой лунок. В общей сложности исследователи описали шесть таких образцов на территории Абшерона и Гобустанского заповедника.
Особый интерес представляют находки в районе древнего поселения Агдашдюзю, неподалёку от современного Мардакяна. Там несколько игровых полей были обнаружены на каменных поверхностях. Их расположение позволяет предполагать, что подобные занятия были распространены не только среди отдельных людей, но и в более широких местных сообществах.
В мае 2024 года Уолтер Крист и исследователь Рахман Абдуллаев опубликовали научную работу, посвящённую этим находкам. Авторы сопоставили азербайджанские образцы с игровыми досками из Египта, Месопотамии, Ирана и Анатолии.
Результаты оказались важными для изучения истории древних развлечений. Ранее происхождение игры в 58 лунок часто связывали с Египтом, где обнаружены некоторые из наиболее ранних хорошо датированных экземпляров. Однако находки на Кавказе и в других частях Передней Азии заставляют внимательнее рассмотреть возможность её возникновения за пределами долины Нила.
Это не означает, что игру изобрели именно в Гобустане. Надёжных доказательств такого происхождения нет. Но обнаруженные игровые поля показывают, что жители западного побережья Каспия участвовали в культурных связях, охватывавших обширные территории древнего мира.
Особенно примечательно сходство игровых схем. В разных регионах люди использовали почти одинаковое расположение лунок, хотя отдельные линии и переходы различались. Такие вариации могли отражать местные правила или постепенное изменение игры при её распространении.
Древние игры путешествовали вместе с людьми. Торговцы, скотоводы и другие участники межрегиональных контактов могли знакомить друг друга с новыми развлечениями без необходимости передавать письменные инструкции. Достаточно было показать игровое поле, объяснить правила и провести несколько партий.
Конечно, невозможно определить, каким именно путём игра попала в Гобустан. Неизвестно, познакомились ли местные жители с ней благодаря контактам с Месопотамией, Анатолией, Ираном или через цепочку соседних сообществ. Но само распространение узнаваемой игровой системы свидетельствует о контактах между культурами.
Для путешественника история Чапмалы открывает менее очевидную сторону Гобустана. Этот район знаменит изображениями охотников, животных и древних лодок. Однако среди археологических памятников встречаются и следы совершенно обыденных занятий.
Игровое поле не выглядит монументальным. В нём нет торжественной надписи, богатого орнамента или изображения правителя. Это всего лишь небольшие углубления на камне. Но именно их простота делает находку особенно человечной.
Четыре тысячи лет назад кто-то потратил время, чтобы создать здесь место для игры. Затем другие люди могли собираться вокруг каменной поверхности, передвигать фишки, следить за соперником и ожидать исхода очередного хода. Мы не знаем, кто побеждал и какие эмоции сопровождали состязания. Зато можем уверенно сказать, что потребность в игре и общении объединяет людей гораздо сильнее, чем различия между историческими эпохами.
В этом и заключается главная ценность находки из Чапмалы. Она напоминает, что древняя история состоит не только из великих миграций, войн и технических открытий. Иногда несколько десятков отверстий в известняке способны рассказать о повседневной жизни больше, чем огромный памятник, воздвигнутый в честь давно забытого властителя.