В брюссельском районе Жетт стоит непримечательный кирпичный дом с зелёными оконными рамами. Никакой монументальности, никаких архитектурных излишеств. На первом этаже этого здания с 1930 по 1954 год жил художник Рене Магритт, один из самых знаменитых представителей сюрреализма. Именно здесь, в небольшой квартире, появились картины, заставившие миллионы людей усомниться в том, что они видят собственными глазами.
Магритт родился в 1898 году в бельгийском городе Лессин, но большую часть жизни провёл в Брюсселе. В отличие от многих художников-авангардистов, стремившихся подчеркнуть собственную необычность, он предпочитал довольно размеренный образ жизни. Носил костюмы, гулял с собакой, работал по расписанию и любил проводить вечера в компании друзей. Внешне его трудно было отличить от обычного представителя брюссельского среднего класса. Тем удивительнее художественный мир, возникавший в его картинах.
Сюрреализм появился в Европе после Первой мировой войны как попытка освободить воображение от привычных ограничений. Художники и писатели интересовались сновидениями, бессознательным и неожиданными сочетаниями предметов. В 1924 году французский поэт Андре Бретон опубликовал первый манифест сюрреализма. Почти одновременно собственное направление формировалось в Брюсселе. Среди его участников были поэт Поль Нуже, художник и музыкант Эдуар Леон Теодор Мезанс, писатель Камиль Гёманс и другие представители бельгийского авангарда.
Брюссельские сюрреалисты отличались от парижских коллег особым вниманием к языку, логике и повседневным вещам. Они стремились не столько изображать фантастические сны, сколько показывать странность самого привычного мира. Магритт оказался идеальным выразителем этой идеи. На его полотнах предметы обычно написаны тщательно и узнаваемо, но их сочетания нарушают привычные представления о реальности.
В 1927 году в брюссельской галерее Le Centaure состоялась первая персональная выставка художника. Критика встретила её холодно. Вскоре Магритт вместе с женой Жоржеттой переехал в пригород Парижа, где сблизился с французскими сюрреалистами. Однако большого коммерческого успеха он не добился. В 1930 году супруги вернулись в Брюссель и поселились на улице Эссегем, Rue Esseghem, в коммуне Жетт.
Квартира была скромной. Художник не располагал просторным ателье с огромными окнами, какие обычно связывают с мастерскими знаменитых живописцев. Многие картины он создавал в комнате, служившей одновременно жилым помещением и рабочим пространством. В небольшом строении в глубине сада находилась мастерская, где Магритт занимался рекламной графикой. Коммерческие заказы долгое время помогали ему обеспечивать семью.
Именно в этом обычном доме возникли произведения, вошедшие в историю искусства. Среди них «Условия человеческого существования» 1933 года и «Пронзённое время» 1938 года. В первом случае изображённая на мольберте картина словно продолжает пейзаж за окном. Во втором паровоз неожиданно появляется из камина. Предметы остаются узнаваемыми, но их привычные функции и пространственные отношения перестают действовать.
Особенно известна работа «Предательство образов», написанная в 1929 году, ещё до возвращения художника в Брюссель. На ней изображена курительная трубка с подписью «Это не трубка». Парадокс на самом деле совершенно логичен: перед зрителем не настоящий предмет, а его изображение. Магритт заставляет задуматься о разнице между вещью, рисунком и словом, которым мы её обозначаем.
Другой знаменитый мотив художника связан с противоречием между дневным и ночным освещением. В серии «Империя света», первые варианты которой появились в 1949 году, тёмная улица с освещёнными окнами располагается под ярким дневным небом. Каждый элемент картины выглядит правдоподобным, но вместе они образуют невозможную сцену. Так Магритт показывает, насколько сильно наше восприятие зависит от привычных связей между явлениями.
Квартира на улице Эссегем была не только местом работы, но и центром общения брюссельских сюрреалистов. Здесь регулярно собирались друзья художника, обсуждали искусство, литературу и философию, придумывали необычные композиции и фотографические постановки. Встречи проходили без академической торжественности. Сюрреализм существовал не только на холстах, но и в разговорах, играх и повседневных интеллектуальных экспериментах.
Сегодня по адресу Rue Esseghem, 135 работает Дом-музей Рене Магритта. Он открылся в 1999 году после многолетнего восстановления квартиры. Для реконструкции использовали исторические фотографии, воспоминания современников и сохранившуюся мебель. На первом этаже воссоздана домашняя обстановка, а на верхних этажах размещена биографическая экспозиция с документами, рисунками и фотографиями.
Интересно, что рядом находится Музей абстрактного искусства. Такое соседство позволяет увидеть художественный контекст эпохи. В начале карьеры Магритт экспериментировал с абстракцией и кубизмом, прежде чем выработал собственный узнаваемый стиль. Сопоставление разных направлений помогает понять, что его сюрреализм возник не изолированно, а в живой среде художественных поисков Брюсселя 1920-х годов.
Совсем другой масштаб знакомства с художником предлагает Музей Магритта на Королевской площади в историческом центре Брюсселя. Он входит в комплекс Королевских музеев изящных искусств Бельгии. Здесь находится крупнейшая в мире коллекция произведений Магритта, включающая живопись, рисунки, гуаши, скульптуры, фотографии, фильмы и архивные материалы. Если дом в Жетте помогает представить повседневную жизнь художника, то музей на Королевской площади раскрывает развитие его искусства.
Следы Магритта встречаются и за пределами музейных стен. В Королевском театре галерей, расположенном в исторических галереях Святого Юбера, потолок украшен созданным художником изображением облачного неба. В центре города сохранилось кафе La Fleur en Papier Doré, связанное со встречами бельгийских сюрреалистов. Эти места напоминают о времени, когда художественные идеи рождались не только в мастерских, но и за столиками небольших брюссельских заведений.
Для более глубокого знакомства с Магриттом интересно сравнить два разных Брюсселя. Сначала увидеть музейную коллекцию в центре, среди монументальных зданий Королевского квартала, а затем отправиться в спокойный жилой Жетт. Здесь, вдали от парадных площадей, становится особенно заметным главное противоречие жизни художника: один из самых загадочных миров европейской живописи возник в совершенно обыкновенной домашней обстановке.
Магритт не стремился изображать далёкие фантастические страны. Ему было достаточно окна, яблока, зеркала, облака или мужской шляпы, чтобы привычная реальность потеряла очевидность. Возможно, именно поэтому его картины так тесно связаны с Брюсселем. Этот город, где за строгими фасадами нередко скрываются неожиданные пространства и истории, оказался подходящим местом для художника, умевшего находить загадку в самых обычных вещах.